Христианская мифология
Христианская мифология — круг повествований, образов и символов, которые складывались вокруг христианского вероучения и обряда. К нему относятся библейские образы сотворения мира и Страшного суда, рассказы о святых, местные легенды и сюжеты искусства. Одна и та же фигура в Писании, богослужении, народной песне или рыцарском романе может играть разные роли. 1, 4, 6, 7, 9, 10
Писание, вероучение и предание
Христианские повествования выросли из мира библейского иудаизма. Новый Завет переосмысляет образы, уже знакомые по Писанию. В Первом послании к Коринфянам Павел сопоставляет Адама, через которого в мир пришла смерть, и Христа, чьё Воскресение открывает путь к воскресению умерших. В Деяниях апостолов Пятидесятница показана как событие, при котором весть слышат люди многих народов на собственных языках. В другом эпизоде Святой Дух сходит на язычников, и Пётр велит их крестить. 1
Вероучение формулирует, во что верит церковная община. Повествование и изображение делают эти идеи зримыми через действия и образы. Например, Евангелие от Матфея показывает последний суд через образ пастуха, отделяющего овец от козлов. В Откровении Иоанна мёртвые предстают перед престолом, а открытые книги свидетельствуют об их поступках. Обе сцены говорят об ответственности человека, хотя изображают суд по-разному. 1, 14, 15
Некоторые мотивы развивались в апокрифах, то есть текстах, которые не вошли в библейский канон. Например, «Евангелие Петра» описывает, как трое выходят из гробницы, а движущийся за ними крест отвечает голосу с небес. Канонические Евангелия рассказывают о пустой гробнице и о встречах с воскресшим Иисусом. 13, 1
Термин объединяет явления с разным назначением. Символ веры выражает то, что община исповедует сообща. Библейский рассказ показывает, кто действует и что происходит. Житие рассказывает о святом и о том, как сохраняется память о нём. Апокриф может дать подробность, которой нет в каноническом повествовании. Так рассказ о движущемся кресте принадлежит определённому произведению, даже если сам крест стал общим христианским знаком. При чтении важно знать, в каком тексте появляется образ и какую роль он там играет. 1, 4, 6, 13
Деяния рассказывают, как в Иерусалиме множество людей слышит речь на разных языках. Видимое и слышимое описано через ветер и языки огня. В дальнейшей речи Пётр истолковывает событие через пророка Иоиля, а повествование переходит к крещению и жизни общины. Образ, толкование и действие здесь связаны одной последовательностью. Пятидесятница показывает, как ранний христианский автор говорит о распространении вести в мире многих языков, опираясь при этом на Писание Израиля. P
Небо и устройство мира
Библейские авторы говорят о небе как о месте, откуда является божественная слава. В Деяниях Стефан видит открытые небеса, а после Вознесения облако скрывает Иисуса из виду. В молитве Соломона в Третьей книге Царств звучит другая мысль: даже небеса не вмещают Бога. Так образ открытого неба передаёт явление божественного, а молитва Соломона подчёркивает, что Бог превосходит видимый мир. 1
В VI веке Косьма Индикоплов сопоставил устройство мира с устройством скинии Моисея, переносного святилища. Как завеса разделяла помещения скинии, так твердь в его космографии разделяет нижнее и верхнее пространства. В средневековой западной поэзии встречалась и другая картина мира. Данте ведёт героя «Рая» через небесные сферы античной астрономии. В четвёртой песне Беатриче поясняет, что души являются на разных сферах, чтобы показать доступным человеку образом различия в степени блаженства. 2, 3
В Откровении после сцены суда возникают новое небо и новая земля, а Иерусалим сходит от Бога. Город имеет ворота, стены и измеряемые размеры. Вместе с этим повествователь говорит о том, что смерти и плача больше не будет. Поэтому описание соединяет пространственные признаки с надеждой на иную жизнь. Подобно образу открытых небес в Деяниях, оно позволяет представить присутствие Бога через видимое событие. Детали принадлежат видению, которое завершается особым устройством города и отношениями его жителей с Богом. N, 1
Для Косьмы скиния даёт возможность связать знакомый читателю библейский предмет с устройством мира. В его объяснении нижняя и верхняя области получают соответствие в разделённых помещениях. У Данте путь через сферы устроен иначе и соединяет расположение небес с последовательностью встреч. В объяснении Беатриче небесные души показываются в разных местах ради того, кто познаёт через чувственные образы. Эти сочинения принадлежат разным векам и жанрам, поэтому их можно читать как две попытки описать незримое с помощью известных им форм. 2, 3
Священная история и годовой круг
Христианская традиция рассказывает о Воскресении как о событии священной истории, а Пасха возвращает память о нём каждый год. Дни святых тоже входят в календарь. В сельской жизни они могли становиться рубежами хозяйственных работ. Весенний праздник Георгия связывали с выгоном скота, а в костромской песне Егория просили уберечь скот от волка и медведя. 1, 7
Средневековое житие Георгия в «Золотой легенде» выводит на первый план другой сюжет: рыцарь спасает царевну от дракона и побуждает город принять крещение. Рядом с воинским образом сложилось почитание покровителя стад. В Бари другую связь праздника с местом создало перенесение мощей Николая. Архидиакон Иоанн рассказывает, как в 1087 году мореходы из Бари привезли их из Ликии. 6, 7, 8
Ежегодное возвращение праздника позволяет соотнести событие с временем жизни людей. Воскресение, о котором Павел говорит как о начале будущего воскресения, имеет своё место в истории спасения. Пасхальная память возвращается в календаре общины. В весеннем обряде Георгия событие связывается ещё и с тем, когда стадо покидает двор, а в Бари память о Николае закрепляется за городом, куда привезли мощи. Одна дата может связывать рассказ о святом, путь к месту его почитания и дела, которые люди выполняют в этот сезон. PF, 7, 8
Богословие и видимый образ
Евангелие от Иоанна говорит о невидимости Бога и о том, что Сын являет его людям. Второй Никейский собор 787 года утвердил почитание изображений Христа, Богоматери, ангелов и святых. Собор различал почтение к образу и поклонение, подобающее Богу. В истории живописи вопрос о том, как изобразить незримое, решали по-разному. Так, в новозаветной композиции «Троица» из Волгодонского музея Бог Отец представлен старцем, Христос — в человеческом облике, а Святой Дух — голубем. 1, 4, 5
Начало Евангелия от Иоанна соединяет слова о невидимом Боге с рассказом о Слове, которое стало плотью. Для христианских читателей это одна из основ разговора об изображении Христа. Определение Второго Никейского собора указывает, что честь образу относится к изображённому на нём лицу. Оно также перечисляет различные места, где изображения могут находиться, от церквей до домов и дорог. Так вопрос о том, что видит зритель, связан с тем, перед кем он считает себя стоящим и какое действие совершает перед образом. J, 4
Изображение Троицы в виде старца, Христа и голубя опирается на узнаваемые фигуры. Оно отличается по способу представления от изображения трёх посетителей Авраама, которое также получило троическое толкование. В первом случае роли различаются уже по внешности фигур. В другом случае исходным материалом служит сюжет о гостеприимстве из Бытия, который иконописец предлагает прочесть вместе с богословской традицией. Сосуществование композиций показывает, какую роль в понимании видимого образа играет то, на какой рассказ он опирается. 1, 5
Местные языки и предания
Средневековые авторы соединяли христианские сюжеты с образами своей словесной традиции. В древневерхненемецкой поэме «Муспилли» Илия сражается с Антихристом, а кровь раненого пророка вызывает мировой пожар перед последним судом. В западноевропейских рыцарских романах история Грааля связалась с Иосифом Аримафейским. Рукопись из Британской библиотеки содержит и историю Иосифа, и повествование о Мерлине. В одной из миниатюр Мерлин просит Блеза записать историю Грааля. 9, 10
В Мексике рассказ на языке науатль «Nican Mopohua» помещает явление Богоматери на холм Тепеяк. Хуан Диего слышит пение птиц и вспоминает землю цветов, о которой говорили предки. Перед епископом он разворачивает плащ с цветами, и на ткани проступает образ Богоматери. Так рассказ о христианском явлении разворачивается в местном пейзаже и использует знакомые его слушателям образы. 11
Местное переосмысление видно и в вещах. На распятии XVI–XVII веков из королевства Конго мастер придал Христу африканские черты. Метрополитен-музей отмечает, что скульптор изменил европейский образец, используя приёмы местного искусства. Распятие сохраняет узнаваемый христианский сюжет, а его форма свидетельствует об участии самих мастеров Конго в развитии новой традиции. 12
Роман о Граале переносит предмет христианской памяти в мир рыцарских путешествий. Связь с Иосифом Аримафейским даёт повествованию начало, а история рыцарей позволяет продолжить его через поиски и испытания. Рукопись, где рядом встречаются рассказ об Иосифе и повествование о Мерлине, даёт увидеть это соединение непосредственно в устройстве книги. Средневековый читатель мог переходить от одного рассказа к другому, находя действующих лиц разного происхождения уже внутри общей истории. 10
На Тепеяке местный язык участвует в самом рассказе о явлении. Хуан Диего пытается понять увиденное через знакомые образы цветов и пения, прежде чем получает поручение идти к епископу. 11
Источники
- Библия. Синодальный перевод. Быт. 1:6–8. 3 Цар. 8:27. 2 Пар. 6:18. Ин. 1:18. Деян. 1:1–11, 2:1–11, 7:55–56, 10:34–48. 1 Кор. 15:3–28. Мф. 25:31–46. Откр. 20:11–15, 21:1.
- Косьма Индикоплов. Христианская топография. Перевод Дж. У. Маккриндла, 1897. Кн. II, с. 23–90. Устройство мира, твердь и скиния Моисея.
- Данте Алигьери. Божественная комедия. Рай. Перевод Генри Уодсворта Лонгфелло. Песнь IV, стихи 28–48. Почему души являются Данте на разных небесных сферах.
- Деяния Второго Никейского собора. Nicene and Post-Nicene Fathers, вторая серия, т. 14. Определение о почитании священных изображений, принятое в 787 году.
- Волгодонский эколого-исторический музей. Икона «Пресвятая Троица». Описание новозаветной композиции с Богом Отцом в облике старца.
- Иаков Ворагинский. Золотая легенда. Перевод Уильяма Кэкстона, изд. Ф. С. Эллиса, т. 3. С. 58–62, «Житие святого Георгия». Спасение царевны и крещение Силены.
- А. С. Фаминцын. Божества древних славян. Издание 2014 года. Раздел о Юрьевом дне. Костромская песня с просьбой защитить скот.
- Иоанн, архидиакон Бари. Рассказ о перенесении святого Николая. Публикация базилики Святого Николая. Прибытие мореходов из Бари в Ликию и возвращение с мощами в 1087 году.
- Муспилли. Древневерхненемецкий текст и перевод Ханны Фрейкс. Global Medieval Sourcebook. Стихи 37–62. Поединок Илии с Антихристом и мировой пожар.
- Британская библиотека. Рукопись Add MS 38117. Л. 1–18. История Иосифа Аримафейского. Л. 30 об. Мерлин и запись истории Грааля.
- Nican Mopohua. Рассказ о Гваделупской Богоматери. Перевод Гильермо Ортиса де Монтельяно, 1989. § 1–24, 129–133 и 167–195. Тепеяк, цветы и образ на плаще Хуана Диего.
- Метрополитен-музей. Распятие мастера из королевства Конго. Распятие XVI–XVII веков. Каталожное описание местного переосмысления европейского образца.
- Евангелие Петра. Перевод М. Р. Джеймса. §§ IX–XI, рассказ стражи о выходе из гробницы.
- Евангелие от Матфея. 25:31–46, овцы и козлы на суде. Библия короля Якова.
- Откровение Иоанна. 20:11–15, престол и книги. Библия короля Якова.
- Деяния апостолов, Библия короля Якова. Деян. 2:1–21, 37–47. Пятидесятница, речь Петра и первые крещения.
- Откровение Иоанна, Библия короля Якова. Откр. 21:1–27. Новое небо, новая земля и небесный Иерусалим.
- Евангелие от Иоанна, Библия короля Якова. Ин. 1:1–18. Слово, Воплощение и явление Отца.
- Первое послание к Коринфянам, Библия короля Якова. 1 Кор. 15:3–28. Воскресение и его место в истории спасения.